Едем на север на машине с водителем, нанятым в Луксоре. Мечеть по дороге.

Горшки на продажу.

Пустыня.

Абидос. Храм Сети I — один из самых сохранившихся в Египте.

Рельефы — краски живы до сих пор.

Барельефы.

Сводчатые потолки часовен — в звёздах.

Поверх древних рельефов — рисунки, процарапанные позже.

Тот самый «вертолёт»: иероглифы, вырезанные поверх старых, сложились в силуэт вертолёта и подводной лодки.

За храмом — Осирейон.

Храм Сети I снаружи.

Въезжаем в городок. Сахарный тростник везут на ослах.

Городок.

В тени — самое место для разговоров.

Груз здесь носят на голове.

Дети.

Уличная еда.

Тук-туки.

Канал.

За городком — поля.

Минарет и купола церкви — по соседству: в Верхнем Египте много христиан-коптов.

Ослик с тележкой.

* * *
Дендера. Храм богини Хатхор.

Храм обнесён стеной из сырцового кирпича.

Головы Хатхор.

Рельефы на внешних стенах.

Расписывались здесь и путешественники прошлых веков: «M. Simpson».

Бес — бог-защитник.

Наши тени.

Вокруг храма — руины.

Колонны с ликами Хатхор.

Рядом с колоннами человек кажется крошечным.

Синий потолок с зодиаком.

Рельефы.

Часть потолков ещё в копоти — до расчистки такими были все.

Лестница на крышу. По стенам поднимается процессия жрецов — в праздник Нового года статую Хатхор выносили на крышу.

На крыше.

В часовне на крыше — слепок знаменитого круглого Дендерского зодиака. Оригинал в 1821 году увезли во Францию, теперь он в Лувре.

Многие лица на рельефах сбиты.

Рельефы — сколько хватает глаз.

Здесь рельефы сохранили краску.

В крипту — по лесенке через узкий лаз.

В крипте — рельеф, который называют «дендерской лампой».

Вдвоём у храма Хатхор.

А вот дальше началось самое интересное. На дороге нас останавливает патруль. Узнав, что мы туристы, полицейские недолго совещаются и решают подстраховаться: в Луксоре вот-вот начнётся церемония с президентом, и не дай бог какой-нибудь инцидент с иностранцами именно сегодня. С этой минуты у нас личная охрана — полицейский с автоматом. Арестом, впрочем, это не назовёшь — скорее очень настойчивое гостеприимство, от которого нельзя отказаться.

Стоит чуть отойти от туристических мест — и в Египте говорят только по-арабски. Ни английского, ни жестов: с нашим охранником переписываемся через переводчик в телефоне. Я поставил арабскую клавиатуру на свой айфон и даю ему, чтобы он печатал.

Ждём. Наш охранник ждёт вместе с нами — у него приказ. Нас любезно угощают кофе.

Вокзал Кены. Поезд только вечером, а полицейский с автоматом не отходит от нас ни на шаг.

Вечер. Солнце садится, поезда всё нет. Двое туристов и их автоматчик. Опоздание часа на три-четыре для египетских поездов — скорее норма; наш опоздал как раз на три.

Ждать поезда нас отводят в отделение вокзальной полиции. По малюсенькому телевизору там показывают открытие Аллеи сфинксов в Луксоре — оркестр, шествие в костюмах фараонов. На церемонии — президент Египта Абдель Фаттах ас-Сиси с супругой, министр туризма и древностей, послы иностранных государств. И тут до нас доходит. Рамка металлоискателя на входе в нашу первую гостиницу, команды в мегафон и музыка под утро — это шли репетиции церемонии. А невозвратную бронь вернули так легко, потому что гостиница, похоже, была только рада освободить номер. Номер на третьем этаже, из окон которого всё было как на ладони. Мы могли смотреть открытие вживую, почти в одной компании с президентом. А смотрим его на экране размером с ладонь, на забытой богом станции Кена, до которой туристы не доезжают примерно никогда.